Web
Analytics

Праздник Покрова Божией Матери (14 октября по нов.ст. | 1 октября по стр.ст.)

Александр Куприн (1870-1938 гг.)

Сад Пречистой Девы

(в сокращении)

Далеко за пределами Млечного пути, на планете, которую никогда не увидит глаз прилежного астронома, растет чудесный таинственный сад, владение Пресвятой и Пречистой Девы Мврии. Все цветы, какие только существуют на нашей грешной и бедной земле, цветут там долгою, по много лет не увядающею жизнью, охраняемые и лелеемые терпеливыми руками незримых работниеов. И в каждом цветке заключена частица души человека, живущего на земле, та частица, которая так удивительно бодрствует во время нашего сна, водит нас по диковинным странам, воскрешает умчавшиеся столетия, показывает нам лица давно ушедших друзей, ткет в нашем воображении пестрые, узорчатые ткани соного бытия- сладкие, забавные, ужасные и блаженные,- заставляет нас просыпаться в беспричинной радости и в жгучих слезах и часто приоткрывает перед нами непроницаемую завесу, за которой таятся темные пути грядущего, понятные только детям, мудрецам и святым прозорливцам. Цветы эти- души снов человеческих.

...В те ранние предутренние часы, когда ночные наши видения особенно ярки, подвижны и тревожны,- тогда проходит Пречистая тихими, легкими шагами по Своему саду. Круглая луна скользит с правой стороны, а за ней, не оставая, все в том же направлении, течет малая звезда, подобная лодочке, привязанной невидимой нитью к корме бегущего коробля. Потом корабль и лодка скроются, зароются в дымных оранжевых пухлых облаках и вдруг снова вынырнут на темный, синий простор. И серебристым светом оденутся голубой хитон Пресвятой Девы и Ее прекрасное лицо, всю красоту и благость которого не в силах изобразить человек ни кистью, ни словом, ни музыкой.

И, взволнованные, в радостном нетерпении, трепещут цветы и качаются на своих тонких стебельках, стремясь, точно заждавшиеся дети, прикоснуться лепестками к голубому хитону. И нежно улыбается их чистому восторгу Мария, Мать Иисуса, так любившего цветы во время Своей земной жизни. Своими тонкими, белыми, добрыми пальцами воздушно ласкает Она души младенцев – скромные маргаритки, лютики, подснежники, веронику, и пушистые шары одуванчиков. И никого Она не забывает в Своей беспредельной милости: ни нарциссов- цветов влюбленных, ни гордых и чванных пионов, ни страшных в своей причудливой красоте орхидей, ни горьких огненных маков, ни тубероз и гиацинтов, изливающих свои пряные ароматы у смертного ложа. Девичьи многоцветные сны посылает Она ландышам, фиалкам, анемонам и резеде. И простым полевым цветам, душам незаметных тружеников, истомивших за день свои крепкие тела, дарит Она глубокий покой.

Посещает Она и отдаленные дикие уголки Своего сада, где растут колючие уродливые кактусы, болезненно-зеленые папоротники, грязно-белая белладонна, пьяный хмель и могильный ползущий плющ. И всем им, отчаявшимся в земной радости, разочарованным в жизни, всем скорбящим, озлобленным и тоскующим, всем мрачно идушим навстречу смерти дает Она минуты полного забвения- без грез, без воспоминаний...

А утром, когда из пурпура и золота зари встает торжествующее, горящее вечной победой солнце, Пречистая поднимает к небу Свои лучезарные глаза и произносит благоговейно:

“Да будет благославен Творец, показавший нам знамение Своего величия. И все Им сотворенное да будет благословенно. И святое вечное материнство мира да будет благословенно. Во веки веков. ”

И едва слышным шепотом отмечают цветы: “Аминь”.

И, как фимиам кадильницы, подымается вверх их ароматное дыхание. И лик солнца дрожит, отражаясь радужными огнями в каждой росинке...